Яндекс.Метрика
Меркаванне

“Минск как жертва идет на эшафот, и все зависит от приговора Москвы”

Беседовал Виталий Цыганков, радио “Свобода” / перевод UDF.BY

Фото: Reuters

Политолог Павел Усов считает, что Москва хочет решить вопрос с Беларусью как можно быстрее. Об этом эксперт рассказал в интервью радио “Свобода”

– Изменился подход России к интеграционному процессу. Еще несколько лет назад этот подход был более формальный. А сейчас очевидно, что Кремль хочет перевести «союзный процесс» в практическую плоскость. Стоит упомянуть и заявление Путина, где он ясно дал понять, что Москва ориентирована на построение полноценного «союзного государства». Что это такое – мы хорошо знаем, когда вспомним, как выглядел Советский Союз. Это заставляет меня говорить, что Москва заинтересована в решении этого вопроса как можно быстрее. Тем более прозвучали заявления, что на 90 процентов все соглашения уже согласованы.

– Вы верите в эти заявления? Может, это была просто форма психологического давления на Минск? В истории белорусско-российских отношений такое случалось уже не раз, когда оглашались некие договоренности – а потом они срывались. Путин даже указ подписывал о военной базе, а базы так и нет.

– К сожалению, раньше не было войны в Украине, не было такой жесткой конфронтации между Россией и Западом. Для Москвы сейчас «союзное государство» – это очень важный геополитический шаг, это продвижение геополитических интересов дальше на Запад. Именно поэтому Москва ставит условия Минске, а не наоборот. То, что все это держалось в секрете, свидетельствует, что Кремль заинтересован в том, чтобы реализовалась его видение «союзного государства».

Если в результате всего этого ничего не получится – для Москвы это будет серьезный геополитический провал. Она продемонстрирует свою слабость, и Минск получит больше дивидендов. И Москва не может этого допустить, так как это будет доказательством для Запада, что Россия слаба.

– С мотивацией Москвы мы (по крайней мере, в нашей беседе) разобрались. Но – чем может ответить Минск? Или он должен 1) пойти на жесткую конфронтацию, или 2) пытаться затянуть переговоры, или 3) в избирательный год для Лукашенко важная лояльность Москвы, поэтому он может немного уступить на полгода-год?

– Для Беларуси вообще лучше было бы не идти на эти переговоры. То есть Минск вообще не оценивает ситуацию стратегически, смотрит на нее с короткой перспективы. Вот мы сейчас на полгода ситуацию заболтаем, а потом у нас возникнет новое окно возможностей. Наверное, этот подход и воцарился, когда пошла речь о создании этих групп. Вероятно, Минск счел, что Россия будет затянута в новые конфронтационные ситуации, и это отвлечет внимание Кремля. В этом смысле белорусская сторона проиграла.

День России в Минске, 8 июня 2019. Госсекретарь “Союзного государства” Беларуси и России Григорий Рапота, премьер-министр Республики Беларусь Сергей Румас, его супруга Жанна Румас, посол России в Беларуси Дмитрий Мезенцев

Была возможность затянуть этот процесс – слить информацию относительно того, о чем ведутся переговоры. Но даже здесь Минск вел себя очень пассивно. То есть Минск выглядит как объект интеграционного воздействия. Видно, что каких-то ресурсов, чтобы сыграть и что-то противопоставить Москве, – нет. И надежды возлагались не на какие-то собственные ресурсы, а на ожидание каких-то внешних факторов, которые могли бы переломить ситуацию. Но этих факторов не появилось. И сейчас, по моему мнению, Минск выглядит как жертва, которая идет на эшафот, и все зависит от того, какой приговор вынесет Москва.

– А чем вы объясните эту пассивность? Ранее, как мы помним, Лукашенко позволял себе очень «непассивное» поведение, даже после 2014 года. Почему последние полгода-год белорусская сторона особо «не рыпаться»?

– Закончились ресурсы, прежде всего экономические, чтобы удерживать ситуацию в стране. Не надо забывать, что все белорусское хозяйство построено на российских дотациях, российских кредитах и российском рынке. И за это время, после Крыма, Минск ничего не сделал, чтобы каким-то образом оздоровить экономику, переориентироваться на другие рынки, диверсифицировать энергоресурсы. Наоборот, построили атомную станцию ​​за российские деньги.

Никаких усилий не предпринималось, чтобы защитить экономический и стратегический суверенитет от России. Я уже не говорю о создании единой системы противовоздушной обороны и так далее. Лукашенко делал декларации, но за ними нет ресурсной базы. В Москве это понимают, и Минск ведет себя как жертва.

Что остается? После 2014-го года сложилась абсолютно ясна ситуация – либо Минск продолжает интеграционные процессы с Россией, либо выходит из них и денонсирует договоренности о союзном государстве. Что интересно – Минск не в состоянии сделать ни первого, ни второго – и вследствие психологических, и вследствие политических моментов. В результате Беларусь затягивается в водоворот, и нам остается наблюдать, как мы теряем страну.

– Возможно, только наблюдать – этого мало. Как раз в последние недели в социальных сетях активно обсуждается, как независимое общество может повлиять на эти процессы. Не только наблюдать, но и пытаться вмешаться в них.

– Безусловно, вмешаться стоит, и это было бы естественным. Лукашенко давно бы мог сделать из оппозиции союзника хотя бы на этот короткий период переговоров с Россией. Этого не только не было сделано, но гражданское, демократическое сообщество остается для Лукашенко большим врагом и угрозой, чем Москва.

Если бы он был заинтересован в том, чтобы затянуть или сорвать эти переговоры, то были бы сделаны две вещи. Во-первых, произошел бы некий слив, о чем ведутся эти переговоры – можно было бы просто дать ответ на вопросы депутатов Канопацкой и Анисим. И второе – дать “зеленый свет” оппозиционным организациям для проведения митингов и акций в поддержку политической независимости. Так даже этого не было сделано.

 

апошія запісы

Денис Мельянцов: “Судя по реакции главных оппонентов, никто из них не готов на реальное политическое противостояние и борьбу за реальную власть”

Дзяжурны адміністратар

«Углубление интеграции» не снято с повестки дня и остается главной угрозой

Дзяжурны адміністратар

Политолог Павел Усов: «После выборов будет милитаристский режим»

Дзяжурны адміністратар