Яндекс.Метрика Как воюют наши союзники: Что происходит на киргизско-таджикской границе? - Магілёўскі Рэгіён

Как воюют наши союзники: Что происходит на киргизско-таджикской границе?

Что происходит на киргизско-таджикской границе и чем это грозит Центральной Азии?

Столкновение между Кыргызстаном и Таджикистаном началось около водозабора “Головной” реки Ак-Суу на спорном участке, где таджикские пограничники устанавливали видеокамеры, а киргизские жители воспротивились этому, пишет ВВС.

В столкновение были втянуты пограничники с обеих сторон и началась перестрелка. Около 20 тысяч местных жителей с киргизской стороны были эвакуированы, а к линии границы стянуты войска с обеих сторон.

Вечером того же дня стороны договорились о прекращении огня, однако перестрелка возобновилась уже ночью, и в результате число погибших выросло от четырех до нескольких десятков человек, а число раненых идет на сотни.

Общая протяженность линии государственной границы между Кыргызстаном и Таджикистаном составляет 980 километров, из которых почти половина (400 км) на местности не обозначена.

Речь идет о 70 спорных пограничных участках между странами, на которых часто вспыхивают стычки между пограничниками и местными жителями.

 

Таджикистан и Кыргызстан спорят из-за воды каждый год. Почему в этот раз обострение обернулось насилием?

В среднем в Ферганской долине, где проходят три государственные границы, между Кыргызстаном, Таджикистаном и Узбекистаном, происходит около 10 межобщинных конфликтов в год.

Большая часть столкновений случается вокруг анклавов, географических островков одних республик, полностью окруженных территорией другой страны.

Крупных анклавов в долине восемь. Три из них принадлежат Таджикистану, четыре – Узбекистану и один — Кыргызстану.

Причина конфликтов часто в разделе общих ресурсов: питьевой и поливной воды, земель для орошения и пастбищ. К примеру, водозабором “Головной” в селе Кок-Таш Баткенского района пользуются как таджики, так и киргизы.

Часть из них перерастает из бытовых драк в перестрелки, и от местных властей, как и от правительств обеих стран, зависит, насколько быстро разрешаются конфликты на месте.

Почему именно этот вооруженный конфликт не прекращается, сказать сложно, ведь главы МВД Таджикистана и Кыргызстана заявили о желании прекратить огонь и отвести войска. Эксперты считают, что предпосылки к конфликту накапливались давно и участившиеся инциденты и столкновения предвещали эскалацию.

“Последние годы мы видели, как напряжение между Бишкеком и Душанбе, как и число столкновений на границе, растет. Жители приграничных населенных пунктов, как и власти, остро реагировали на поступающие предложения об обмене земель, и мы видели, как сильно отличаются таджико-киргизские переговоры о границах от узбеко-таджикских, где, несмотря на сопротивление местного населения, была политическая воля обеих стран достигнуть договоренностей и какого-то логического конца. В ситуации с Таджикистаном [переговоры] шли по противоположному сценарию”, – считает Чынара Эсенгул, политолог и эксперт по вопросам региональной безопасности.

“Можно провести параллель между конфликтом между Арменией и Азербайджаном, где непаритетное распределение сил и войск двух соседних государств и на спорных участках рано или поздно одна сторона старается улучить момент, чтобы занять более выгодную позицию. Если даже это промежуточная победа, она позволит начать переговоры в более выгодном положении при новых обстоятельствах, мы это наблюдаем часто и в других вооруженных конфликтах “, – добавляет Чынара Эсенгул.

Кроме того, обе стороны отметили важность мира для региона и способность разрешить конфликт самостоятельно. Однако на деле перестрелка так и не прекратилась и число жертв все растет.

 

Чем грозит нынешняя ситуация Таджикистану и Кыргызстану?

Любой вооруженный конфликт между двумя странами – угроза для мирной жизни всего региона. Чынара Эсенгул отмечает, что при худшем сценарии подобная эскалация конфликтов грозит перерасти в долгоиграющие неразрешимые проблемы, что приведет ко множеству жертв, вражде на уровне общин на протяжении нескольких поколений и большим инфраструктурным потерям для региона.

“К примеру, тот же “Головной” может быть разрушен полностью или частично, и понадобятся годы, чтобы восстановить эти ресурсы. Но хочется верить, что власти решат, что товарооборот двух стран и передвижение критичны для общин и смогут привести к этой мысли и решению местных жителей”, – говорит Эсенгул.

Дестабилизация региона потенциально может затронуть и Узбекистан, и, учитывая соседство с талибами в Афганистане и предстоящий вывод оттуда американских войск, это может стать новым очагом в этом и без того огнеопасном регионе. На данный момент больше всего из-за частых конфликтов страдают жители приграничных районов.

К примеру, одна из погибших – 12-летняя гражданка Кыргызстана, Мадина Рахматжанова. Ее мать ранена, сейчас находится в больнице в Бишкеке в тяжелом состоянии.

Несколько десятков домов в приграничных селах сгорели в пожарах, а число жертв с обеих сторон растет.

 

Почему страны не могут договориться о границе в этом регионе?

Большая часть конфликтов приходится на киргизско-таджикскую границу, где больше всего спорных территорий.

Основа этих конфликтов лежит в истории, когда границы среднеазиатских республик были административными и советские власти обозначили их, руководствуясь соображениями об общих ресурсах, без учета этнической принадлежности.

К примеру, Сох – это узбекский анклав на территории Кыргызстана (в Баткенской области), где проживает около 60 тысяч этнических таджиков.

“Важно понимать, что отсылка на переговорах идет к двум пакетам карт территорий и документов, датированным разными годами. Первый пакет, со времен, когда уже отделилась Киргизская АССР, а Таджикистан и Узбекистан оставались вместе, и второй, когда Таджикиская АССР тоже отделилась от Узбекской. Поэтому когда переговоры ведутся, так сложно достигнуть соглашения”, – отмечает Чынара Эсенгул.

После распада Советского Союза Кыргызстану понадобилось около 10 лет, чтобы достичь договоренностей о линии границы с Китаем и Казахстаном.

Из общей протяженности границы Кыргызстана с Узбекистаном неописанными остаются только 15%. Переговоры ускорились с приходом к власти нынешнего президента Узбекистана, Шавката Мирзиёева.

Процесс переговоров с Таджикистаном более сложный из-за большого количества спорных участков, которые стратегически важны для обеих стран из-за общих ресурсов.

Нынешний конфликт с Таджикистаном однозначно обострил процесс переговоров о делимитации границы, и, возможно, странам понадобится третья сторона, чтобы разрешить конфликт.

Это предположительно может быть ООН или Россия, так как обе страны являются членами Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). В пятницу проходит очередное совещание секретарей ОДКБ в Душанбе. При этом и в Кыргызстане, и в Таджикистане есть российские военные базы.