Яндекс.Метрика Могилёвский ИВС изнутри: что происходило во время протестов - Магілёўскі Рэгіён

Могилёвский ИВС изнутри: что происходило во время протестов

Журналист и правозащитник «Могилевской весны» Александр Бураков сел на сутки одним из первых, а вышел последним. Что происходило внутри Изолятора временного содержания он пробовал записать в мини-дневник, пишет Саша Минько на mspring.online.

5 августа, накануне собственного дня рождения Александр Бураков был задержан сотрудниками ГАИ. Под разными предлогами – от перевозки контрафактного алкоголя до якобы угона – его заставили приехать на машине в Ленинский РОВД. Там машину “изъяли для проведения экспертизы VIN-кода в рамках проверки согласно статьи 381 Уголовного кодекса.

Александр Бураков

С 5 по 15 августа он отбывал административный арест в одиночной камере, окна которой выходили во внутренний двор могилёвского ИВС, и видел все этапы “избирательной кампании” изнутри. Первые пять дней прошли очень буднично – подъём в 6 утра, отбой в 22.00, трижды в день предлагают провести санитарную уборку. А 9 августа узникам даже разрешили проголосовать на избирательном участке, устроенном прямо в ИВС.

Свой голос Бураков, по его словам, отдал за Светлану Тихановскую. Результаты выборов в ИВС, конечно, никто никому не сообщил, а вся комиссия состояла из одного человека – неизвестной женщины с урной.

А вот 10-го числа, свидетельствует Бураков, стали происходить странные вещи. Ближе к отбою из ИВС срочно вывезли тремя рейсами автозака полтора-два десятка узников. Всех их перевезли в рядом стоящий следственный изолятор (ИУ “Тюрьма №4”). Вероятно, в ИВС мест уже не хватало и задержанных временно пришлось содержать в соседнем здании тюрьмы.

 

РАДИО-НЕПРИЁМНИК

На следующий день, 11 августа, в ИВС вдруг не включилось радио, которое будит арестованных граждан ровно в 6.00 утра. Не было ежедневного “шмона” в 7.00 с полным обыском камеры и переворачиванием постельных принадлежностей. Даже никто не затребовал провести санитарную уборку камеры (тряпка, смоченная в густом растворе хлорки), хотя коронавируса там боятся, как огня. В этот день и мусор не предложили выбросить, а это ежедневная обязанность персонала. Никого не вывели на прогулку. Арестованные были представлены сами себе.

Зато только на третий этаж ИВС с утра завели около двух десятков новых задержанных на акциях протеста. Кто-то отбывал наказание этажом ниже, но общее количество сидельцев, включая “бытовиков” и ожидающих депортацию, составило около 80 человек. Здесь нужно пояснить, что всего могилёвский ИВС рассчитан примерно на 180 человек – по 60 мест на каждом этаже. Однако первый этаж здания не используется вовсе. Причина, вероятно в том, что просто не хватает персонала и банального обеспечения. В Могилёве не так уж и много хулиганов – ИВС не нужен целый этаж.

 

КОЛЛАПС СИСТЕМЫ

Большое количество въехавших “политических суточников” вызвало фактически коллапс. Как удалось выяснить Александру Буракову, по состоянию на 11 число запаса комплектов постельного белья осталось “на одну ночь”. С этого дня дежурные сотрудники ИВС стали работать в режиме сутки через сутки. И стали привлекать к работе бойцов конвойного подразделения, которых также не хватало. Доподлинно известно, что охранники соседнего СИЗО в достаточно большом количестве выезжали в Минск на усиление.

Вечером 11 августа из ИВС в СИЗО вывезли ещё два автозака арестованнных. К нормальному режиму работы ИВС вернулся только к 14 августа, когда количество подопечных тюремщиков резко уменьшилось.

К слову, в этот день акция протеста под стенами ИВС порадовала многих работников этого заведения. В приватных разговорах некоторые из них признавались, что голосовали за Светлану Тихановскую, а режим нынешнего президента их явно тяготит.

 

ЧТО ПРОИСХОДИЛО В СИЗО?

Редактор MSPRING.ONLINE Саша Райкон был одним из тех, кого из ИВС направили в здание Следственного изолятора. Вот что он рассказал.

В ИВС я находился с четверга до понедельника, 10 августа. Вечером, около 20 часов, вдруг сотрудники ИВС попросили собраться с вещами. Около 21 часа меня отправили в автозак, в котором, как правило, возят подследственных на суд. Всего нас там было человек 15. Конвоир, который ждал, пока приведут всех необходимых арестантов, объяснил, что на ИВС не хватает мест и было решено выделить первый этаж СИЗО под временный ИВС – оба здания находятся рядом.

Когда въехали в СИЗО, там уже было большое количество именно тюремных охранников, трое сотрудников в черной форме с надписью «Спецназ» и собаки. Нас досмотрели, после чего быстро раскидали по камерам.

Условия там были гораздо хуже, чем в ИВС – обычные тюремные нары, «реснички» на окнах, добитые зеленые стены и туалет. На следующий день, 11 августа, ко мне в шестую камеру «заселили» сразу 16 человек.

В принципе, распорядок дня был таким же, как и в ИВС, правда уборку нельзя было производить – не давали швабр. Честно говоря, хуже всего, наверное, пришлось не арестованным даже, а сотрудникам ИВС, которые должны были нами заниматься под присмотром тюремных охранников. Чувствовалось, что им это не очень приятно.

Ну и суды. Поскольку молитвами властей интернет в стране аккуратно прилег отдохнуть, судьи не смогли вести процессы через Скайп. В итоге включился конвейер – люди получали по 7, 10, 15 суток буквально за три минуты.

Там было много людей. Один из тюремных надзирателей предположил, что в СИЗО одновременно находилось более 250 человек.

Большинство людей выпустили 14 августа, последних арестантов, включая меня, перевезли из СИЗО в ИВС 15 августа. В этот же день вечером вышли последние люди, задержанные по политическим мотивам.