Полный ноль. Как дела у белорусской экономики

Первое полугодие белорусская экономика завершила со спадом, однако власти не теряют оптимизма. Они видят проблески улучшения ситуации и надеются на ее стабилизацию к концу года. При этом о выходе на ранее запланированные показатели речь уже не идет – успехом правительство готово считать «нулевой» результат.

РОСТ – НА СКЛАД

Спад ВВП по итогам шести месяцев на 1,7% по сравнению с январем-июнем прошлого года далек от планов роста на 1,6% за этот период. На запланированные +2,8% за год рассчитывать и вовсе не приходится. Правда, в июне экономика несколько оживилась по сравнению с депрессивной весной, причем некоторые отрасли прибавили существенно. В частности, объем промышленного производства в июне к маю вырос на 4,8%, но по итогам шести месяцев оказался на 3,1% меньше, чем за I полугодие 2019г. При этом сравнивать приходится с достаточно низкой базой: в январе-июне 2019г. рост ВВП составлял всего 0,9%, а промпроизводства – 0,1%. Вдобавок запасы готовой продукции за май выросли на BYN114,3 млн и на 1 июня составили более BYN5,5 млрд, или 78,1% среднемесячного объема промпроизводства против 63,4% годом ранее. Таким образом, сдержать обвал ВВП до 2-3% удалось в значительной мере ценой работы на склад: соотношение складских запасов и месячного выпуска достигло рекордно высокого летнего значения за последние шесть лет (на 1 июня 2014г. соотношение достигало 81,4%, а год спустя – 77,1%). Но могло быть и хуже: на начало текущего года складские запасы превышали BYN5,6 млрд, а их соотношение к объемам производства составляло столь же рекордные 82,2%.

По итогам полугодия в горнодобывающей промышленности наблюдался спад на 1,7%, в обрабатывающей – на 3,3%. Из-за проблем с поставками сырья объем производства в нефтепереработке сократился на 25,9% к январю-июню прошлого года. Производство химических продуктов снизилось на 9,8%, в легкой промышленности – на 6%, металлургии – на 3,8%, производстве электрооборудования – на 3,3%. Потери в этих и ряде других сегментов лишь отчасти компенсируются ростом в фармацевтике на 15,2%, пищевой промышленности на 4,4% и некоторых других отраслях.

Спад в промышленности тянет за собой сокращение оптового товарооборота на 8,9%, несмотря на рост в июне к маю на 8,7%, а также снижение грузооборота на 7,3%, а перевозки грузов на 8,8% по сравнению с январем-июнем 2019г.

Инвестиции в основной капитал в январе-июне 2020г. составили почти BYN12,8 млрд, что в сопоставимых ценах на 1,2% меньше, чем год назад, когда рост достигал 5%. Рост в июне к маю на 14,7%, обусловленный традиционным закрытием квартальных процентовок, ничего не меняет. Зато обращает внимание снижение затрат на приобретение машин и оборудования 9% при росте объемов строительно-монтажных работ на 5,5% по итогам шести месяцев. Таким образом, инвестиции в активную часть основных фондов составляют всего 35,7% инвестиций в основной капитал. При этом ввод жилья в эксплуатацию вырос на 4,1%, прежде всего за счет ввода жилья с господдержкой, который увеличился за год на 17,4%.

СПАС КОМПЛЕКСНЫЙ ОБЕД?

Продолжается восстановление розничного товарооборота. По итогам полугодия он увеличился на 2,6%, в т.ч. в июне к маю – на 4,1%.

Это довольно скромно после майского рывка на 6,2%. Зато товарооборот общепита в июне к маю рванул сразу на 15,9%, что позволило сократить спад по итогам полугодия до 21,2%. Это выглядит успехом по сравнению с более чем 40-процентным обвалом по итогам четырех и пяти месяцев года. Теперь у чиновников будет повод отрапортовать об успехах мер господдержки, а заодно объявить, что стенания и мольбы бизнеса о помощи были не очень-то обоснованы.

Впрочем, активизации потребления способствовал рост номинальной начисленной среднемесячной зарплаты: на 13,2% по сравнению с январем-апрелем 2019г., хотя в мае к апрелю она повысилась всего на 2,9%, а в долларовом эквиваленте и вовсе сократилась по сравнению с прошлым годом до BYN831,3. Так что с выходом к концу года на BYN1 тыс. могут быть затруднения, а с учетом некоторого ослабления курса рубля, зарплата все меньше похожа на $500. Тем не менее по итогам пяти месяцев 2020г. реальные располагаемые денежные доходы населения оказались на 5,4% больше, чем год назад, а реальная зарплата – на 7,9%, тогда как производительность труда сократилась на 1,6%. Отставание темпов роста зарплаты по сравнению с производительностью труда наблюдается уже три года, но теперь разрыв достиг рекордных 9,5 п.п. По-видимому, правительство даже на словах не намерено больше декларировать, что рост зарплаты должен обеспечиваться исключительно ростом производительности труда: требования повышать заработки звучат без всякой реальной оценки возможностей экономики.

 

ПРОГНОЗИРУЕТСЯ ПЛАН

Министр экономики Александр Червяков уверяет, что ключевые позиции, на которые надеялось правительство, дают результаты, резервы еще есть, что позволяет надеяться на хотя бы неизменность ВВП по итогам года. А при благоприятном развитии ситуации динамика может оказаться и положительной.

В ожидании более наглядных результатов по итогам III квартала Минэкономики готовит прогноз на следующий год. Интересно, что, по словам министра, это будет план развития экономики, но не обязательный для исполнения, «поскольку под этот план должны быть ресурсы».

Тем самым глава ведомства слегка смягчил заявления президента, пригрозившего 10 июля сделать пятилетний план «просто законом», обязательным для исполнения. По словам главы государства, в Беларуси «в свое время в угоду рыночным тенденциям несколько отошли от планирования в пользу прогнозирования», а теперь вернемся к планированию, «потому что план – это закон».

Впрочем, поскольку у нас законы регулярно корректируются декретами и указами, скорректировать можно и хронически невыполняемые планы. Особенно если они окажутся заведомо нереальными, в т.ч. из-за отсутствия источников выполнения. Конечно, новые договоренности с Россией помогут, но, скорее всего, белорусской экономике придется долго стагнировать вместе с российской на фоне глобального кризиса и угрозы очередных трений с Западом.

Поэтому придется в основном надеяться на внутренние источники. Смягчение денежно-кредитной политики откроет доступ к кредитам, прежде всего в госсектор. Но чего это даст больше – роста ВВП или увеличения инфляции – вопрос весьма спорный.

Гораздо меньше надежд на собственные средства отечественных предприятий. Правда, их финансовые результаты сейчас волшебным образом исправились. Если за I квартал было накоплено BYN5,8 млрд убытков, то по итогам пяти месяцев статистика зафиксировала почти BYN1,5 млрд прибыли, причем прорыва в текущей деятельности предприятий никакого не наблюдается. Выручка за пять месяцев выросла всего на 1% по сравнению с январем-маем прошлого года, да и то в текущих ценах, а себестоимость сократилась только на 0,1%. Прибыль от реализации продукции, товаров, работ, услуг оказалась на 8,5% больше, чем в январе-мае 2019г. и составила почти BYN7,4 млрд. В то же время прибыль до налогообложения в оказалась на 63,8% меньше, чем годом ранее, а чистая прибыль – в 1,8 раза меньше: BYN2,48 млрд против BYN5,68 млрд годом ранее.

Напомним: из-за 22-процентной девальвации рубля в I квартале белорусские предприятия понесли в феврале более BYN1 млрд убытков, а в марте – еще BYN5 млрд. Однако указом от 12 мая №159 организациям было разрешено не списывать в убыток курсовые разницы, образующиеся с 1 января 2020г. до конца 2022г. Это позволило «исправить» финансовые результаты за апрель – в этом месяце была показана чистая прибыль на сумму BYN6,28 млрд, а в мае – еще на BYN1,95 млрд. Помогло и укрепление рубля в апреле-мае на 6,4% по сравнению с концом марта.

В то же время число убыточных организаций выросло за год на 27,2% – до 1434, а их удельный вес – с 16,6 до 21,1% (в феврале их было 24,4%).

Таким образом, в реальности у предприятий нет и еще долго не будет собственных средств для развития. Остается надеяться на «точечную» поддержку некоторых предприятий, в т.ч. в виде кредитных и налоговых льгот. Однако частному сектору большинство таких преференций вряд ли будет доступно.

Леонид Фридкин, БелГазета

Яндекс.Метрика